"Знание приходит, оседая крупицами золотой пыльцы с крыльев бабочек", – пишет о постижении законов магии Карлос Кастанеда. Такой же воздушной, невесомой, почти эфемерной субстанцией, как золотая пыльца знания, предстает и музыка Ингрид Чавес (Ingrid Chavez). Музыка, вынутая из всех контекстов, не укладывающаяся в привычную парадигму, смирная на поверхности, как небо в ясный день, и непредсказуемая на глубине, как незнакомое речное дно.
У альбома "A Flutter and Some Words" нет музыкальной предыстории. Ингрид Чавес, поэтесса, вокалистка и композитор с мексиканскими корнями, дебютировала еще в 1991 году с пластинкой "May 19, 1992", в которой по требованию лейбла часть ее начитанных под музыку стихотворений была саранжирована под данс-поп.
Поработав как бэк-вокалистка с Принцем и своим мужем Дэвидом Сильвианом, посолировав в нескольких поп-группах, Ингрид отказалась от студийной работы и посвятила себя семье и детям.
Но поэтическое вдохновение ее не отпустило, и когда в середине 2000-х судьба свела артистку с итальянским композитором Лоренцо Скопеллити (Lorenzo Scopelliti), на свет родился новый творческий союз. Скопеллити помог оформить 15 ее рифмованных историй в 15 грациозно саранжированных композиций, позволив свободной от шоу-бизовых ЦУ Ингрид высказаться в той тональности и том стилистическом спектре, который больше всего гармонировал с ее поэзией.
"Трепет и несколько слов" – альбом-снежинка, настолько хрупкий, что, кажется, растает от прикосновения, сотканный из кристалликов камерного джаза, нью-эйджа, даунтемпо, эмбиентной электроники, трип-хопа и дымчатого, муарового вокала. Что такое голос поющей или мелодекламирующей Ингрид, можно представить, вспомнив бархатные интонации Джейн Биркин и кроткое придыхание Бебель Жилберту. Ингрид так же мягко вводит в канву повествования гитару, струнные, рояль, деревянные и медные духовые, но при этом еще нежнее срезает углы, еще женственнее приглушает неровности, словно заглушая поцелуем любые возражения.
Описать эти мелодии так же трудно, как описать снег тому, кто его не видел. Иногда это голос из туманности Андромеды ("Exhale"), иногда молитва ("The First Darshan"), иногда романтическая история с саксофоном и гитарой, как у Шаде ("By The Water"), или звуковое пособие для релаксации ("Path of Rain"), иногда сеанс стильного свинга ("Tightrope") или саундтрек к фильму про буддийских монахов ("Isobel").
Образец абсолютной женственности, "A Flutter and Some Words" растворяет мишуру и наносной глянец, открывая реальность такой, как ее видят дети, – невинной, уютной и озаренной любовью.
